#9 (77)
27 мая 2013

Михаил Скоков:
«Гореть, не тлеть,
быть, а не казаться»

Юлия Моисеева

Персона

Начальник УМВД России по Смоленской области, генерал-майор Михаил Скоков в этом интервью раскрыл секреты народного контроля с целью профилактики коррупции в ГИБДД, рассказал о подробностях недавней операции по обезвреживанию опасного убийцы и многом другом.

— Предлагаю в начале беседы поделиться впечатлениями о регионе.

— Каждый руководитель приходит и принимает то, что ему достаётся. Из этических соображений всегда стараюсь не обсуждать предыдущих руководителей. Каждый руководитель старался в силу своих возможностей. У каждого свои подходы к выполнению задач. Возможно, у меня требования выше среднего — и к себе, и к личному составу. Много вижу проблем на Смоленщине. В частности, в обеспечении охраны общественного порядка, в обеспечении безопасности, в организации службы. Материально-техническая оснащённость находится в плачевном состоянии, откровенно говоря. Не хотелось бы обидеть Смоленщину, но в сравнении с другими субъектами, МВД региона оставляет желать лучшего. Ситуация критическая. Поэтому я разговариваю с руководством министерства и прошу. Хорошо, что идут на встречу — помогают и выделяют денежные средства.

В этом году у нас намечено много мероприятий по строительству и ремонту зданий, по приведению в норму рабочих мест. Чтобы наши сотрудники чувствовали себя на работе комфортно. Чтобы их обуяла гордость, что они работают в полиции. Я всегда говорю, что я гордился и горжусь службой в МВД. Многие молодые парни, которые еще только начинают работать, хотят гордиться своей работой. А какая может быть гордость, если многие из них приходят… фактически в сарай?! Поэтому я считаю, что нужно немедленно принять меры по приведению рабочих мест в порядок. На сегодняшний день мы уже получили материальные ценности и деньги (за что спасибо министру МВД), можно сказать, в трёхгодичном размере. Конечно, сразу всё не сделаем. Но до 1 сентября мы должны максимально отремонтировать здания и кабинеты сотрудников.

— Недавно вы съездили в Чечню. Посмотрели, как живут наши смоленские ребята. Передали подарки. Что вас сподвигло на эту поездку?

— Это мой служебный долг. Я как руководитель должен знать и понимать, прежде чем что-то требовать. Я был, конечно, в тех местах очень часто — выполнял задачи в своё время. Теперь посмотрел, как живут наши смоленские ребята. Мне было очень приятно выслушать от товарищей, боевых друзей о том, что наш личный состав достойно и с честью выполняет те задачи, которые перед ним ставят. У нас там стоят спецподразделения. Это не те подразделения, которые стоят на шлагбаумах или охраняют что-то. Это ребята, которые участвуют в поисковых операциях, в блокированиях, в задержаниях особо опасных преступников и террористов. Многие из вернувшихся ребят награждены государственными наградами. И я уверен, что те, кто скоро вернутся, также будут отмечены наградами. Во время поездки я увидел некоторые проблемы по санитарным нормам, по месту проживания. Я поставил задачи по устранению недостатков. Условия проживания приемлемы для боевых условий, но я уверен, что ребята заслуживают большего. Следующая поездка намечена на начало июня.

блиц

— Ваш любимый цвет?

— Их много. Все цвета по-своему хороши. Не люблю едкие цвета.

— Какие места в Смоленске вас привлекают больше всего?

— Лопатинский сад в первую очередь.

— Занимались спортом?

— Занимался футболом, лёгкой атлетикой, дзюдо, самбо, гиревым спортом.

— Какая музыка нравится вам?

— Лирический шансон. Из исполнителей, пожалуй, Иван Кучин. Хотя, откровенно говоря, мне нравится слушать его в записи. Когда я попал на его концерт — я расстроился.

— Что вы прежде всего цените в людях?

— В первую очередь порядочность. Смелость, инициативность, скромность.

— Как вы себя чувствуете в роли хозяина кухни?

— Многие мужчины, и я отношусь к этой категории, любят готовить. Но готовить на костре. Мне не очень нравится готовить на плите.

— Какое блюдо удаётся лучше всего?

— Шашлык, рыба и уха. Это то, что я готовлю постоянно.

— Во сколько лет вы сели за руль автомобиля?

— Да, я был нарушителем в своё время… За руль автомобиля я сел в 4-м классе. Мой дядя дал мне порулить в поле. Первый раз я сел за трактор. Как сейчас помню, трактор был Т-40. Потом сел за «Жигули». В 16 лет я получил права на управление мотоциклом. Долгое время я увлекался мотоспортом. Затем, уже будучи в милиции, получил права категории В, С и D.

— Какой у вас жизненный девиз?

— Когда мы были пионерами, у нас был девиз «Гореть, не тлеть, быть, а не казаться». В то время я его недопонимал. Теперь по жизни я всё время его придерживаюсь.


— Вы только что сказали, что всё, что приходится испытывать вашим сотрудникам, вы испытываете на себе. Да и слова «взять на личный контроль» для вас не пустой звук. Знаю, что в недавней в спецоперации по поимке убийцы двух человек вы принимали непосредственное участие «в поле». Что заставило вас идти на риск, ведь можно было руководить из кабинета?

— Мои требования не для красного словца. Я считаю, что руководитель, командир должен идти впереди и вести за собой личный состав. Это не мой максимализм — это моё душевное состояние. Я не собирался перекладывать на плечи ряда руководителей ответственность за проведение операции. Ситуация была очень непростая. Нужно было принимать решение, от которого зависели судьбы людей. В случае неверного решения можно было не только лишиться должности, но и сесть в тюрьму. Нельзя было допустить, чтобы опасный преступник совершил ещё одно злодеяние. Нужно было быстро в сжатые сроки обезвредить преступника. Ситуация в Дорогобужском районе была осложнена тем, что убийца вёл замкнутый образ жизни — его люди раздражали. Из свидетельских показаний мы установили, что в 14 лет Роман попал в ДТП и с той поры стал нелюдимым. У него не было ни друзей, ни подруг. В телефоне с января (за 4 месяца) было только 2 контакта — мама и бухгалтерия. Парень временно работал разнорабочим. Его неконтактность — это была особенная опасность, характеризующаяся непредсказуемостью. Роман мог в любое время вспылить и выйти за рамки. Как это, к сожалению, и произошло. Он с особой жестокостью расправился над соседями — он произвёл 6 выстрелов, из которых два контрольных — в голову из ружья 16-го калибра картечью. Это особая жестокость! Его родная мать сказала, что при этом у него ни один мускул на лице не дрогнул. Она очень сильно испугалась. В тот день она как раз приехала к нему на выходные. Я лично с ней беседовал и просил: «Если у вас есть хоть какие-то выходы, то остановите его, чтобы не случилось так, что при задержании он окажет сопротивление и случится непоправимое…»

— Но так ведь и случилось!

— Да. По характеру было видно, что он шёл до упора и не собирался сдаваться. Он был очень вспыльчивый и раздражительный, временами просто неадекватный. В тех условиях мои ребята всё сделали правильно, несмотря на то, что главная задача полицейского — это сохранение жизни. Но бывают исключения в жизни. В данном случае так и случилось. С учётом той характеристики, что была. А также с учётом того, что он был очень хорошо физически подготовлен — Роман занимался спортом и при росте 190 сантиметров он обладал огромной физической силой, по рассказам матери, гирю в 36 кг он спокойно держал на вытянутой руке перед собой. Это очень непростое упражнение, требующее специальной подготовки. Он представлял опасность для граждан. Люди из близлежащих сёл плакали и просили нас уберечь их от возможной опасности. Мы понимали, что наша основная задача в этой операции — задержать преступника в сжатые сроки, чтобы не дать ему возможности совершить ещё одно преступление.

Первые два дня мы работали «малыми силами» — 70–100 человек. Но огромные лесные массивы, болотистые места оставляли нам мало шансов. Я понимал, что если в ближайшее время мы его не задержим, то можем упустить. Поэтому по согласованию с министром внутренних дел была организована крупномасштабная операция, где были задействованы все сотрудники спецназа. Многокилометровое прочёсывание лесного массива дало свои результаты. Пройдя 6 километров, один из сотрудников столкнулся с преступником буквально на расстоянии 10 метров. И Роман сразу вскинул ружьё и отжал курок. Наш сотрудник тоже, естественно, встал в боевую позицию. Ребята, которые шли по бокам, естественно, увидели и услышали переговоры. Доложили в штаб и начали блокировать. Когда его блокировали, то ещё 17 минут вели переговоры. Всё это время наш сотрудник находился под прицелом человека, совершившего двойное убийство. Ребята-спецназовцы вели переговоры, зная, что он в любую секунду может выстрелить.

Согласно Закону о полиции, они могли сразу применить оружие, но они этого не сделали, стараясь сохранить жизнь человека… Не получилось. 17 минут продолжались переговоры, запись которых у нас есть. Роман в категорической форме отказывался сдаться: «Я не буду сидеть. Мне нечего терять. Назад дороги нет. Если вы дёрнитесь — я буду валить наповал. Двоих я с собой точно унесу». Но сотрудники полиции всё равно пытались взять преступника живым, проявляя каждую секунду героизм и самоотвагу. На 17 минуте он резко сделал изготовку и оказал вооружённое сопротивление, не оставив сотрудникам полиции шансов. Спецназовцы сработали на опережение и выстрелили первыми…

Нечастая ситуация для Смоленщины, но с гордостью отмечаю, что сотрудники полиции, рискуя жизнью, проявили благородство и героизм. Так случилось, что человек погиб. Мы сожалеем об этом.

— Михаил Иванович, уходя от грустных мыслей, давайте поговорим о ваших инициативах по народному контролю.

— Самой коррумпированной службой в полиции считается служба ГИБДД. Чтобы исключить случаи коррупции мною были поставлены задачи.

Во-первых, это касается «красивых» автомобильных номеров. То есть номера с нулями, номера первой десятки, зеркальные номера, а также номера с одинаковыми цифрами. К таким номерам я отношусь очень просто и считаю, что каждый номер по-своему красив и несёт своё значение. Предыдущие руководители решили бороться с коррупцией по этому вопросу, исключив «красивые», «блатные» номера из серии. Я полностью поддерживаю идею борьбы с коррупцией, но считаю, что несправедливо совсем лишать смолян «красивых» номеров. Теперь номера пойдут целой серией. Но с целью исключения возможности коррупции номера будут выдаваться только под контролем общественности. Я вышел с этим предложением в Общественный совет при УМВД. Предложил составить график выдачи номеров таким образом, чтобы при этом присутствовали члены Общественного совета.

Таким образом, ни у кого не будет соблазна — ни у гражданских, ни у полицейских. Всё будет объективно, по-доброму, открыто и демократично.

Во-вторых, фактором коррупционной составляющей является квалификационный экзамен при получении водительского удостоверения. Действительно, есть случаи злоупотребления и права выдаются тем, кто этого не заслуживает. Затем мы констатируем то, что у нас идёт война на дорогах — некоторые граждане просто не умеют ездить. Такие люди становятся виновниками ДТП. Такое недопустимо.

В том субъекте, в котором я работал ранее, эту проблему решили с помощью установки в каждом экзаменационном зале камер видеофиксации. В таких условиях сотрудник полиции не имеет права подходить к сдающему. К сожалению, на Смоленщине мы пока не можем создать такие условия. Чтобы быстро оборудовать видеокамерами экзаменационные залы, нужны денежные средства. Денег пока нет. Сейчас мы просим средства из областного бюджета на приобретение приборов фото и видеофиксации для дорог региона. Это первостепенные потребности. Но для того, чтобы не допустить коррупционных проявлений при сдаче на права мною было принято решение проводить экзамены под присмотром общественности. То есть экзамены теперь будут проводиться в присутствии членов Общественного совета, в состав которых входит 26 уважаемых смолян.

Михаил Дьяченко:
«Он человек большой души»

Узнать лучше главного полицейского области мне помог случай. Уже после общения с Михаилом Скоковым мне представилась уникальная возможность пообщаться с его сослуживцем с прежнего места работы. От начальника УМВД по Целинскому району Ростовской области Михаила Владимировича Дьяченко я услышала несколько историй:

— Я сейчас в отпуске. И проездом оказался в Смоленске. Не мог бы проехать мимо. Дело в том, что с 1997 года по 2006 год я проработал под непосредственным руководством Михаила Ивановича Скокова. Он человек большой души! Он способен своей энергией заряжать окружающих. При этом он очень скромный, порядочный, справедливый и принципиальный человек. Ещё в армии он был победителем практически всех мероприятий. За что был зачислен в почётный список самых лучших воинов части. С армии и начался его путь служения Отечеству. С тех пор он всегда находился в эпицентре событий. За время нашей совместной работы он неоднократно рисковал собой ради жизни людей. Невзирая на опасность, он мгновенно принимал решение, и как потом рассматривалось — это было единственно верное решение. Помимо многочисленных задержаний особо опасных преступников на его счету есть весьма необычные частные случаи. Так однажды в Богаевском районе на Дону произошло ЧП на катере. Так получилось, что управляющий катером человек упал за борт. А к катеру была привязана «шайба» с человеком. Неуправляемый катер стал кружить по Дону со скоростью примерно 70 км/ч (ручку газа заело в максимальном положении). Человек на «шайбе» каждую секунду подвергался смертельной опасности. Никто не мог приблизиться к катеру. Нефтевозы, которые шли навстречу, пришлось остановить во избежание катастрофы. Нужно было принимать экстренное решение. В числе предлагаемых вариантов был расстрел катера. Но как выяснилось, в катере два бака под завязку были заправлены топливом, и ликвидировать катер было невозможно. Михаил Иванович принял беспрецедентное решение. Параллельно с этим катером он пустил другое судно, которое вращалось синхронно с ним. С борта этого судна Михаил Иванович совершил прыжок без страховки на катер. Я такое только в кино видел! Расстояние между бортами было около двух метров — ближе подойти было нельзя. Это колоссальный риск для жизни!

— А в какой должности был тогда Михаил Иванович?

— Тогда он был начальником ОВД Богаевского района. Он не стал рисковать жизнью подчинённых. Была ещё одна необычная ситуация, когда скорость принятия решения Михаила Ивановича предотвратила экологическую катастрофу. Мы проводили операции по пресечению хищения нефти с нефтепровода. При задержании расхитителей Камаз с бочкой, наполненной ворованной нефтью, поднимался на очень крутую гору — уклон там градусов 40, а по краям огромный обрыв. Водитель Камаза, пытаясь скрыться, спрыгнул из кабины. Гружёная ворованной нефтью машина, оставшись без управления, начала скатываться в сторону обрыва с приличной скоростью. Автомобиль начал складываться. Ещё бы какие-то секунды и 30 тонн нефти оказались в обрыве… Вероятнее всего был бы взрыв. Михаил Иванович буквально ворвался в кабину Камаза. В этой сложнейшей ситуации он сумел выправить машину. Как это у него получилось, я не знаю до сих пор, но это спасло нас тогда от экологической катастрофы.

— Как люди восприняли переезд Михаила Скокова из области?

— Жители Богаевского района по сей день вспоминают Михаила Ивановича. Жители и личный состав, узнав, что я поеду через Смоленскую область, просили передать ему наилучшие пожелания. Вы знаете, он ведь очень строго относится к сотрудникам, но всегда справедливо. К себе он относится ещё строже. При назначении начальником Управления в городе Новочеркасске администрация предоставила Михаилу Ивановичу трёхкомнатную квартиру в элитном доме. А он остался жить в студенческом общежитии, без лишнего пафоса вручив ключи от «трёшки» многодетному участковому, который с четырьмя детьми, женой и родителями, больными раковым заболеванием, жил в однокомнатной квартире. Он может проникнуться любой проблемой. Никогда не откажется. Самое главное, что он в человеке видит именно человека. Знаете, таких как Михаил Иванович, на своём жизненном пути я больше пока не встречал…

© Группа ГС, Ltd. All rights reserved.

При перепечатке материалов обязательна активная ссылка http://smolensk-i.ru/077/04